Ронни Делани, ирландский олимпийский чемпион, скончался вчера в возрасте 91 года. Его золотая медаль в беге на 1500 метров на Олимпийских играх 1956 года в Мельбурне навсегда останется одним из величайших спортивных достижений Ирландии. Однако в мире гольфа Ронни с гордостью вспоминал другое достижение: два очка на самой короткой в мире пар-5 лунке. Это интервью, впервые опубликованное в 2018 году, раскрывает его взгляды на спорт, жизнь и гольф.
1. Как ваши успехи в гольфе?
Сейчас я играю нечасто. Это не из-за потери любви к игре, а потому что в течение последнего года у меня развивается легкий артрит в правой руке, и я не могу полностью согнуть один из пальцев. Кроме того, у меня снизилась гибкость другого пальца на правой руке, но я активно работаю над ее восстановлением.
2. Как вы начали играть в эту игру?
Я поступил в Университет Вилланова в Филадельфии по полной спортивной стипендии и бегал за университетскую команду. Одним из моих основных источников дохода было кэддирование. Рядом с университетом расположено несколько престижных гольф-клубов — Арониминк, Мерион, Рэднер Вэлли, Филадельфия Кантри Клаб и Овербрук, где мой тренер Джамбо Эллиотт играл со скрэтч-гандикапом. Я бегал в эти клубы, в основном в Арониминк, и носил по две сумки, что колоссально помогло мне развить физическую силу. В те времена за две сумки платили 6 долларов, и ты получал гамбургер или хот-дог на девятой лунке. Хотя я никогда не был хорошим гольфистом, я отлично умел оценивать расстояние, что очень помогало в работе кэдди.
3. Когда вы начали играть всерьез?
Во время моей легкоатлетической карьеры у меня было мало времени на гольф, поэтому всерьез я начал играть только в середине 50-х, когда вступил в клуб Килтернан, который очень полюбил. С моей несовершенной техникой холмистая местность поля не имела для меня особого значения.
4. Выберите свое оружие: драйвер или паттер?
Паттер. С драйвером мяч мог улететь куда угодно, только не на фервей. Поэтому лунки пар-3 всегда были моими любимыми.
5. Какая ваша любимая лунка пар-3?
Пятая лунка в Фоксроке — прекрасная. Еще одна лунка, которую я очень люблю, — седьмая лунка пар-4 там же, хотя я так и не смог ее покорить. У меня с ней отношения любви и ненависти.
6. Линксовые или парковые поля?
Предпочитаю парковые поля, потому что мне посчастливилось играть на таких прекрасных курсах, как Фоксрок, Милтаун, Элм Парк и Касл. Жаль только, что на них так много деревьев, хотя с эстетической точки зрения деревья в моем родном клубе Фоксрок, должно быть, самые красивые из всех клубов, где я играл. У меня остались теплые воспоминания об игре с Биллом О’Херлихи, который был прекрасным членом клуба и бывшим президентом, да упокоит Господь его душу.
7. Кто вошел бы в ваш идеальный квартет (dream fourball)?
Джастин Роуз за его победу на US Open в Мерионе и олимпийскую победу, а также Падриг Харрингтон, которого я всегда восхищался за его стремление ко всему. Я восхищался его позитивом и абсолютной сосредоточенностью. Мне также очень нравилось, как он наслаждался участием в Рио. Четвертым членом команды был бы Джимми Коннорс, с которым мне посчастливилось играть в Королевском Дублине. Он был теннисистом-левшой, но гольфистом-правшой, и у него была невероятно сильная левая рука. Он играл с гандикапом 14 и прошел первые лунки с двумя ударами выше пара, потому что прекрасно слушал советы. Однако на обратном пути, когда ветер усилился, реальность взяла свое, и он вернулся с результатом в 12 ударов выше пара. Но играть с ним было огромным удовольствием.
8. Что он привнес бы в этот день?
Думаю, он отлично бы посоревновался с Харрингтоном, и атмосфера была бы потрясающей. А Джастин, с его победой в Рио, отлично вписался бы в мою «олимпийскую» компанию. Ведь «олимпиец — это навсегда». Именно это мне так нравилось в Падриге — то, как он восхитительно говорил об Олимпийских играх. Он понимал их особую значимость.
9. Все трое — победители. Вы явно восхищаетесь этим качеством.
Я сам был настоящим победителем. Пять лет подряд я не проигрывал ни одной гонки в закрытых помещениях в Америке, выиграв 43 старта подряд — 33 из которых были на милю — и трижды устанавливал мировой рекорд в беге на милю в помещении. Мне нравится окружать себя победителями, и Джимми был именно таким.
10. Что определяет победителя?
Это фокус и соревновательный дух. Нежелание проигрывать. Многие великие спортсмены, которых я знал, не помнят свои победы. Они помнят свои поражения, и эти поражения остаются неизгладимыми. Я уверен, Джимми Коннорс помнит свое поражение Артуру Эшу в 1975 году. Я помню каждое свое поражение. Я с трудом могу вспомнить, когда выигрывал.
11. Кем вы восхищались в своем виде спорта?
Эпоха была другой. Мы не столько смотрели снизу вверх, сколько общались на равных. Мы общались с друзьями, которых заводили, и со многими из них я до сих пор поддерживаю связь. Только сегодня я звонил Джону Лэнди. И я очень тепло относился к Брайану Хьюсону, который соревновался со мной в Дублине. Я могу перечислить всех участников того олимпийского забега, и большинство из нас до сих пор живы и общаются. Дело не в том, что я ими восхищался; я хотел их победить. А потом мы становились друзьями.
12. Это была прекрасная эпоха и для писателей, не так ли?
Абсолютно. Был Том Крайан, а затем Питер Бирн. И Э.П. МакУини был на Олимпийских играх. Дэвид Гини тоже был прекрасным человеком, толкателем ядра и олимпийцем 1948 года. Мы были близкими друзьями всю нашу жизнь.
13. Если бы вам дали «муллиган» (повторный удар) в вашей профессиональной карьере, что бы это было?
Это было бы несправедливо, потому что каждый раз, когда меня побеждали, это происходило честно и по правилам. Я не ищу оправданий. Я всегда знал, почему проиграл и почему выиграл.
14. Какая гонка научила вас больше всего о победе?
Я был победителем, и суть всего для меня заключалась в победе. Конечно, учишься на своих ошибках, но победа была чем-то врожденным.
15. Будучи чемпионом, кем вы восхищаетесь в гольфе сейчас?
Человек, которым я действительно восхищался и продолжаю восхищаться, это Фил Микельсон. Он по-прежнему великий спортсмен и чрезвычайно конкурентоспособен.
16. Какое ваше самое ценное достояние?
Однажды я сделал хоул-ин-ван в Килтернане. Но я также помню игру на 15-й лунке в Портмарноке с Джо Лейденом, где я набрал два очка на, как говорят, самой короткой пар-5 лунке в мире. Я помню, что тогда получил специальный приз. Этим я тоже горжусь. Но мои воспоминания — вот мои настоящие трофеи.
17. Если бы вы могли что-то изменить в своей игре в гольф, что бы это было?
Я бы хотел начать играть в гольф в 20 лет, а не в 50, и чтобы моим тренером был Джамбо Эллиотт. Будучи игроком со скрэтч-гандикапом, он, возможно, сделал бы из меня настоящего соперника.
18. Что приносит вам наибольшее удовольствие в гольфе?
Для меня большая честь быть приглашенным в качестве почетного члена гольф-клуба Foxrock. Я очень горжусь своим членством.
Самое яркое воспоминание о победе в Мельбурне:
Я провел неделю с тренером Брутусом Гамильтоном в Калифорнийском университете, делая остановку по пути в Австралию. Брутус натянул ленту поперек дорожки и велел мне тренироваться пробегать сквозь нее. Затем он обнял меня за плечи и сказал: «Сынок, теперь мы отработали всё».
Воспоминание о славе:
Итак, это мое самое яркое воспоминание о Мельбурне: пересекаю финишную ленту и раскидываю руки в абсолютном экстазе. Я выиграл Олимпийские игры.
Богдан Северов 
Артемий Янковский